Философский монолог о войне (3)

Те, кто развязывает войны, всегда говорят о том, что война - «неизбежна», «необходима», что они «вынуждены взяться за оружие», так как противник «отказался от мирного урегулирования конфликта». Эти люди обязательно «спасают мир» и «освобождают», тогда как с другой стороны только лишь «усиливают террор» и «угнетают народ».

Я не прошу вас верить мне на слово, вы можете сами ознакомиться с публичными выступлениями любого агрессора перед началом любой войны. Эти речи мало отличаются друг от друга, и можно легко менять их от одного места действия к другому, переходя по цепочке войн на нашей планете, которых (войн), к сожалению, всегда в избытке. Единственная цель всех предвоенных выступлений – это начать войну.

Однако я понимаю, что и мои слова мало отличаются от любой антивоенной риторики. Тех, кто убежден в справедливости войны – они не переубедят, а тем, кто против войны – я вряд ли расскажу что-то новое.

Так что все, о чем будет рассказано далее, считайте просто очередной авторской историей.

Детство я провел в небольшом поселке. Он находился совсем недалеко от большого города, однако жизнь там была обособленной, как на отдельной планете. Дело в том, что жизнь поселка целиком зависела от завода, находящего здесь же. И жили тут потомки тех, кого когда-то сослали сюда в так называемый «трудовой лагерь».

Негласные законы нашего небольшого сообщества были завязаны на «тюремных понятиях». Мы, дети, еще ничего этого не понимали, но сызмальства усвоили строгие правила. В классе у нас существовал негласный список, где каждый мальчик занимал свое положение – ниже находились более слабые, выше - более сильные. И за свое «место» приходилось бороться, кулаками доказывая свое «право». Причем драться должны были все, и по строго установленным правилам.

Каждый двор в поселке был также отдельным сообществом, и если кому-то вдруг захотелось прогуляться до другого двора, он должен был доказать свое право находиться там – знакомством с кем-то из этого двора, или же просто с помощью все той физической силы.

И даже взаимоотношения в среде своих были строго регламентированы. Причем, как это часто бывает, очень четко были рассмотрены всевозможные «нельзя», а вот что «можно» - трактовалось обычно на свое усмотрение теми, кто находился на верхушке списка.

Я жил много лет этими правилами, не осознавая даже, что эти правила написаны не для всего мира, а лишь для очень ограниченного участка земли, где находился наш поселок. Но у меня не возникало даже мысли, что где-то может быть иначе, и даже когда я пристрастился к чтению, мне казалось, что все, о чем рассказывают книги – это либо небылицы, либо фантазии авторов.

Однако, когда я к двадцати годам переехал в город (находящийся всего лишь в получасе езды на автобусе), я понял, как глупо заблуждался, подставляя весь огромный мир в ограниченные рамки своего «поселкового» мышления.

Город жил своими собственными законами, и все слова наших поселковых «лидеров» оказались на поверку пустышкой. Ведь эти «властители» были всего лишь маленькими царьками с диктаторскими замашками, управлявшими своими крохотными кланами, а все, кто был ниже по рангу - в кровь разбивали друг другу лица за право «встать на свое место».

Такая вот история из моей жизни.

С тех пор я встречал немало «царьков». Это были домашние тираны, властолюбивые начальники, лидеры дворовых банд, плетущие интриги офисные менеджеры, руководители разнообразных групп по интересам, и прочее, прочее, прочее…

Везде, где собирается больше одного человека, с высокой вероятностью возникает свой маленький «царек». Иногда эти царьки могут стать даже «царями», но их суть от этого не меняется – они ценят одну только власть, когда по их велению люди готовы уничтожать друг друга в надежде занять «свое место». Причем даже не «лучшее место», а именно «свое» (даже если это самое последнее место в списке).

Я не знаю, почему именно так складывается в человеческом обществе. И именно поэтому зачастую предпочитаю одиночество. Как в рубаях Омара Хайяма: «Ты лучше будь один, чем вместе с кем попало…»

Однако большинство людей в нашем мире не терпит одиночества. И всю жизнь ищут «своих царей» и «свои кланы». А найдя такой «клан», будут отвоевывать «свое место», принимая как данность спущенные сверху «указы» и «законы», оправдывая любые действия своих «лидеров», которые «заботятся» о своих «подданных». И зачастую будут заблуждаться, веря, что весь мир живет по законам их личной стаи.

И я не хочу обвинять людей в том, что они ищут «своих» среди «чужих», я тоже всю свою жизнь это делаю. И попадаются среди «лидеров» такие люди, которые действительно достойны вести за собой других. Найдутся на нашей планете «кланы», где цветет «разумное, доброе и вечное». Хочется надеяться, что каждый когда-нибудь найдет именно такое сообщество.

Но в то же время я понимаю, что большая часть наших земных «кланов» совсем иная. И там такие прекрасные явления, как «добро», «честь», «справедливость» являются всего лишь риторикой, на почве которой произрастают как раз антиподы всех прекрасных явлений.

Однако за любыми лидерами любых кланов стоят прежде всего люди – самые обычные люди. В большинстве своем - ищущие в жизни обыкновенное человеческое счастье. Так же, как и мы, они зарабатывают на хлеб, любят своих близких, воспитывают детей и надеются на лучшее. И так же боятся войны и смерти.

И, если там такие же люди, то имеем ли мы право вмешиваться в их жизнь, даже если они живут иначе?

Вправе ли мы «взять оружие» и идти к ним в дом со своими «указами», «законами» и своей «правдой»?

Нужно ли их «освобождать» и «спасать» от чего-либо или кого-либо?

П.С.: И, пожалуй, самое важное. Признавая свое право на то, чтобы вмешиваться в чужую жизнь, мы автоматически признаем это право за другими. И если сегодня мы будем взрывать чужие дома, убивать несогласных (неважно по какому поводу), насиловать их матерей и жен, издеваться и калечить их детей, то любой другой вправе завтра сделать то же самое с нами.

А это значит, что они будут в своем праве, когда придут уничтожать наш дом, насиловать наших жен и матерей, издеваться и калечить наших детей. Мы сами дали им на это право.

Всевечно Ваш,
Пихто.

Читайте также:

Война (2). Философский монолог

Война. Философский монолог

О святости и вере. Философский монолог

Герои и подвиги (философский монолог)

Монолог о знании и невежестве 

Поделиться в социальных сетях: